Лещинский А.Н. Рец. на: Слесарев А.В. Расколоведение. Введение в понятийный аппарат. Москва, 2012.
Рецензия доктора философских наук А.Н. Лещинского (Российский государственный социальный университет) на рукопись монографии А.В. Слесарева «Расколоведение. Введение в понятийный аппарат» (книга вышла в 2012 году в издательстве Новоспасского монастыря, г. Москва).
На рубеже XX-XXI вв. в мире произошли крупные изменения в социально-политических и экономических сферах. Особенно они затронули государство Европы, в том числе и Россию. Изменения повлияли на духовную ситуацию времени и естественно на ситуацию религиозную. В государствах, в которых строили социализм и коммунистические общества, насаждалось научно-материалистическое мировоззрение с его отвержением религии — тем самым, проводилось насильственная секуляризация. Во всех конституциях этих стран декларировалась свобода совести, но мало где она гарантировалась. Вероисповедные свободы ущемлялись, деятельность религиозных объединений находилась под сильным контролем государственной власти, шли процессы искоренения религии. В такой ситуации находились православные церкви и другие религиозные объединения. Большая часть церквей объявляла свою лояльность к безбожному государству, однако некоторая часть епископата, клириков и мирян уходили в так называемые катакомбы, существуя тайно от гражданских властей и не находясь в подчинении к кириархальным церквам. Так возникали с 20-х гг. расколы в православии. Однако некоторые, особенно инспирируемые гражданскими властями, открыто действовали, уходя из подчинения Матери-Церкви. Так возник в России обновленческий раскол. В Греции в эти же годы сформировалось страростильное движение, получившее распространение во Вселенском православии, как следствие проведенной календарной реформы в Элладской церкви. Зачинателем реформы явилось священноначалие Константинопольского Патриархата.
На рубеже указанных веков, в условиях не только объявленных, но и гарантированных вероисповедных свобод возникает очередная волна расколов в православии. Старые прежние расколы, оставаясь, претерпевают трансформацию, но возникает множество новых. Такое состояние можно охарактеризовать как вызов угрожающий единству Вселенского православия.
В этих условиях монография А.В. Слесарева «Расколоведение.Введение в понятийный аппарат» приобретает чрезвычайно актуальное значение. До начала нашего века в изучении и преподавании расколоведения было много сделано представителями различных отраслей знаний. А.В. Слесарев идет дальше и в новых социальных условиях вносит много оригинального в дальнейшее развитие расколоведения. Труд автора имеет для современного расколоведения теоретико-методологическое значение. К настоящему времени был накоплен большой материал по данной отрасли знаний, однако, большее внимание обращалось на изучение отдельных отличающихся друг от друга раскольничьих формирований. И более всего изучено было старообрядчество. Да и сам автор монографии начинал изучение со старостильного раскола, итогом которого стала его известная монография. А. В. Слесарев, имея в виду весь исторический период существования разделений, обратил внимание и на сегодняшнюю волну расколов, собрав также большое количество материалов. Много из того, что им собрано, представлено на обновленном споспешествованием А.В. Слесарева на сайте «Анти-Раскол». И вполне целесообразно автору было заняться обобщением собранного эмпирического материала и перейти к формулировке современных методологических оснований расколоведения. Именно с утверждения понятийного аппарата и начинает свою очень важную работу автор монографии. Надо представлять, что это начало большой работы, которое вводит читателей в содержание современного расколоведения.
Представленная к печати рукопись имеет четкое логическое содержание, а также не только теоретическое, но и практическое значение, в частности в практике преподавания курса Расколоведения. Кстати, следует заметить, что церковно-научная деятельность А.В. Слесарева осуществляется с возрождением на практике преподавания этого курса. Началось оно в Минской духовной академии и можно надеяться, что будет введено в других духовных академиях и семинариях, а возможно и на теологических факультетах и отделениях светских университетов.
Ознакомление с текстом рецензируемой монографии приводит к выводу о том, что в ней много сделано впервые по сравнению с предшественниками автора из церковно-научной среды.
В работе представлен обширный очерк истории преподавания расколоведческих знаний в дореволюционной России, в советский период и в постсоветское время. Каждый период вносил особенности в преподавание. Оно подвергалось постоянному реформированию. Таким образом, автор показывает происходившую и произошедшую эволюцию в обозреваемом преподавании. Если на ранних этапах было направлено внимание в основном на старообрядчество, то в последствии изучение расширялось, и брались для него остальные религиозные формирования, которые возникали в православной среде, но отходили от господствующей Российской греко-кафолической поместной церкви. Автор показывает, что было стремление выделить расколоведческие знания в отдельный курс отличный от сектоведения. Но все-таки на протяжении долгого времени превалировал в преподавательской практике курс «История обличения русского раскола и сектанства». В конце 90-х гг. XIX в. появилось и такое название, как «История и критика раскола». В настоящее время вводится краткое название предмета – «Расколоведение» без утверждавшихся прежде понятий, таких как «Облечение» и « Критика». В этой связи автор рукописи обращает внимание на одну из целей в преподавании расколоведения, указанную в программе конца 60-х гг. позапрошлого века. Он отмечает: «В это время учебная программа расколоведения включала в себя обширный цикл лекций, позволявший будущим пастырям не только подробно изучить историческое развитие старообрядчества, но и получить подготовку к последующему ведению конструктивного диалога с последователями раскола». Слова чрезвычайно актуальны, ибо конструктивный диалог до сих пор не получил должного развития.
В работе также представлен обширный очерк истории изучения расколов российскими и зарубежными богословами, церковными историками и светскими учеными. Дана оценка этого изучения по отдельным периодам и отдельным авторским исследованиям, причем обращается внимание на вклад в изучение расколов авторами русской зарубежной эмиграции. Эти фрагменты также можно охарактеризовать как материалы по историографии впервые представленные. Тем самым А.В. Слесарев, судя по очерку, изучил почти все опубликованные работы по расколоведческой тематике. Им даже упоминаются авторы, которые специально не занимались этой проблематикой, но в своих отраслях знаний они не могли ее не включить. А именно труды по догматическому богословию, сравнительному богословию экзегетики, каноническому праву и по истории поместных православных церквей.
После этих двух обзоров, как и положено в научной литературе, автором обозначены: объект и предмет изучения, актуальность, цели и задачи, а также формулируются методологические основания авторского исследования. Из задач, которые автор поставил и достойно выполнил, следует выделить утверждение богословских основ единства церкви, а также формулировку понятий, относящихся к расколоведческой тематике, составление типолого-классификационной схемы церковных разделений и расколов и, наконец, подробное рассмотрение расколов в контексте канонического права.
К достоинствам работы следует отнести заметную эволюцию в стилистике. Хотя такие понятия как «раскол», «раскольничий», «раскольники» остаются, но направления работы все-таки мало помалу отходит от прежде существовавших и ярко выраженных обличений и критики. Чувствуется стремление глубже понять в целом феномен разделения и расколов православия для выработки приемлемых в нашей современности методов, ведущих к уврачеванию расколов.
И еще одно из достоинств работы — наряду с церковно-историческими, богословскими наработками в расколоведческих исследованиях активно включаются материалы светских ученых, в числе которых и религиоведы. Автор отмечает: «Привлечение богословского материала имеет своей задачей не искажение научно-исторических выводов, а их дополнение с учетом религиозной природы всякой церковной схизмы. Кроме того, поскольку всякое раскольническое сообщество представляет собой социальное явление, оно может изучаться с позиций социологии религии, что, несомненно, обогатит развивающуюся церковную науку «Расколоведение». Таким образом, объективное изучение церковных расколов и разделений требует гармоничного сочетания богословско-канонического, научно-исторического и социологического методов исследования».
Таким образом, достоинства представленной на рецензию рукописи монографии А. В. Слесарева «Расколоведение. Введение в понятийный аппарат» мне позволяют с уверенностью и достаточной убеждённостью предложить её к изданию.
30.05.2012
А. Н. Лещинский
